«А потом приехала мама...»: фото и истории воспитанников детдома до и после обретения дома

Марина стала первым ребенком, который уехал в семью из Тунгусовского детского дома. Случилось это еще в мае 2016-ого. Тогда казалось нереальным, что хрупкая девчонка (не даром ведь получила прозвище «былинка») со сложным диагнозом будет жить в подмосковном городе Руза в большой семье; каждое лето ездить к бабушке на море; носить красивые платья и быть обычной счастливой девчушкой.

Маринка-"былинка" в детском и в родном доме. Разница очевидна!

В семье Юлии Авдеевой, ставшей мамой для Марины, - шестеро детей,  четверо из которых - приемные. Старший сын живет отдельно, младший ходит в детский садик. Сама Юля по профессии зоопсихолог, в прошлом - начальник отделения по работе с розыскными собаками. Именно этот опыт и помог женщине «вытащить» младших детей будто маленьких щенков со сломанной психикой на уровень нормальной жизни. 

Путь к Марине у семьи был непростым. Сначала Юлия, приняв участие в работе фонда Дианы Гурцкой, задумывалась о незрячей девочке; затем решала, сможет ли взять ребенка с глухотой, ну, а потом… потом узнала о Марине! Писать, как изменилась жизнь девчонки после обретения семьи, можно долго. Но любые слова меркнут, стоит едва взглянуть на фото. Этими снимками все сказано. 
Кстати, недавно Марина взяла себе фамилию приемных родителей. Теперь она тоже Авдеева!


Читайте также:"Сережа, ставший Сержио: история усыновления, которая тронет до слез"

А это — Яна! Подруга Маришки и тоже воспитанница тунгусовского детского дома. И она тоже обрела родных людей! Только в Самаре. Приемная мама Ольга Щеголева увидела девочку в Интернете и сразу поинтересовалась, как ее можно забрать. И это при том, что в семье уже был ребенок с подобным заболеванием. 



«Яна очень ласковая и домашняя, - рассказывает приемная мать. - У ребенка от природы глубокие человеческие качества. Первое время, например, Яна скучала по детдомовской няне Иванне и даже ощущала некоторую долю вины, что рассталась с ней. Как детдомовский ребенок она сначала пробовала самоутверждаться, однако мы закружили ребенка в таком особенном витке любви, что страсти улеглись достаточно быстро. Теперь все контакты налажены, а приоритеты выстроены».

За короткое время, которое Яна живет в семье, в ее речи практически поставлены все звуки, а сама девочка без страха и с удовольствием теперь исправляет их произношение. Но главное — ножки! Они распрямились! Дело в том, что когда мама забирала малышку из детского учреждения, ноги ребенка были буквально завязаны узлом и жестко зафиксированы за спиной.

«Обувь мы не надевали, я просто не могла распутать ей ножки и боялась их сломать», - с содроганием вспоминала Ольга. 


Однако — страхи страхами, а жить нужно, поэтому уже скоро семьей был приобретен вертикализатор, начаты ежедневные упражнения, массажи и растирания. И вот оно — счастье! Девочка смогла распрямиться! Поверить в такое еще пару лет назад было просто невозможно, но любовь, как оказалось, действительно творит чудеса. 


Ну, и, наконец, пожалуй, самая фантастическая история. Она о двадцатилетней Александре. Девочка тоже проживала в Тунгусово. Причем, некоторое время даже сверх положенного срока. Чтобы задержать Сашу в родных стенах и не отправлять в психоневрологический интернат для взрослых, руководство придумало для нее «постинтернатуру». Но время вышло, «держать» Сашу не было никакой возможности, а потому однажды привезли в районный суд села Молчаново, чтобы оформить перевод. Казалось, все шло как обычно, но вдруг секретарь суда Ольга Луговская, которая и раньше видела девушку, обратилась к председателю с заявлением о том, что готова стать опекуном девушки. 


«Когда Сашу привезли в суд, она шепотом призналась, что страшно боится ехать в интернат для взрослых, потому что много раз слышала, что там происходит, а потом расплакалась, – вспоминает Ольга Луговская. – Саша очень сообразительная девочка. Несмотря на её диагноз – ДЦП и «умственная отсталость», умеет читать, считать, писать и с интересом участвует во взрослых разговорах. В интернате она была звездой на всех праздниках. Очень артистичная, любит выступать на сцене. Вот и когда приехала к нам в суд, начала читать стихотворение о родине. В этот момент у меня в душе все оборвалось. Я поняла, что нельзя отдавать такого человека в психоневрологический интернат».

Отговаривать Ольгу никто не пытался. Односельчане знали: Оля многим помогает. То над бабушками из соседней квартиры шефство возьмет, то за детьми соседскими присмотрит. Кажется, даже большой дом она построила именно для того, чтобы в нем было уютно и комфортно как можно большему числу людей. 

Первые дни Саши в новом доме: огромная личная комната, мягкие игрушки и красивые вещи

Но, не смотря на осознанность решения, первые дни после переезда и здесь были не радужными. Выяснилось, что Саша не знает, что такое деньги, никогда не пробовала мороженое, в первый раз видит чайные пакетики, а пылесос вообще считает чем-то фантастическим! 

И вновь все исправила любовь. Огромная, всепоглощающая, настоящая! 


Так Саша выглядела, когда Ольга забирала ее из детдома...
.....а так стала выглядеть после того, 
как прожила в семье всего полгода!


Ольга учила Сашу всему, что знала сама: печь торты и вязать коврики, готовить еду и убирать в квартире, а еще старалась сделать так, чтобы дочка наверстала упущенное в детстве. Например, наигралась в «Лего» или вдоволь нафотографировалась с яркими цветами.


В этом материале всего три истории трех девчонок. Конечно, на самом деле их намного больше, но уже в других детских домах области. Мы же специально взяли именно тунгусовский. Почему? Просто принято считать, что там живут самые сложные дети с самыми ужасными диагнозами, на которых государство и общество сразу ставит крест. Приемные мамы, однажды бросившие вызов системе, доказали, что это не так! И как же хорошо, что такие люди существуют!


Журналист: Дарья Пирогова

Фото: личные архивы героев публикации
За помощь в подготовке материала выражаем благодарность 
журналисту Светлане Сыровой, руководителю проекта "Дети из сети"