«Мы все хотели жить»: рассказ пациентки обсерватора

Только за минувшие выходные в Томской области было зарегистрировано 576 случаев заболевания ковид-19. Однако, не всех заболевших медики госпитализируют по показаниям. Часть пациентов самостоятельно отправляется в обсерваторы. И почти всегда эти люди, которые — те, кто по разным причинам не может изолироваться дома. Например, проживая в общежитии. А каково это в принципе — попасть в обсерватор? Какие там условия? И с кем приходится делить палаты? Мы нашли девушку Галину Панкратову (имя изменено по ее просьбе), лишь недавно покинувшую подобное место, и попросили обо всем рассказать. 

«В начале октября я вернулась из поездки по России и почти сразу узнала, что у моей попутчицы нашли коронавирус. Когда она сообщила о своём диагнозе, я сразу записалась, чтобы сдать анализы. И хотя никаких симптомов на тот момент не было, а запахи не пропадали, до получения результатов решила остаться дома», - начинает свой рассказ девушка.

Через несколько дней пришел положительный результат. Он томичку, конечно, расстроил. Однако одновременно подвиг к дальнейшим действиям. Понимая, что ей придется срочно изолироваться (Галя с мамой живут в общежитии), девушка тут же начала звонить на «горячую линию» по коронавирусу, а затем — по номерам Роспотребнадзора. 


«Но там работал лишь автоответчик, который предложил обратиться в поликлинику по месту жительства, - продолжает Галина. - Когда же я наконец дозвонилась до регистратуры, через несколько часов мне перезвонил терапевт и объяснил, что поликлиника не вправе решать вопрос о госпитализации, после чего посоветовал обратиться в «Скорую помощь». В диспетчерской «03» оператор подробно расспросила о состоянии и предложила на случай госпитализации подготовить необходимые вещи. Но при этом предупредила, что приехать ко мне они могут в любое время в течение суток. Назвать же конкретное время они не могут в связи с большой загруженностью». 

Ждать девушке пришлось «всего» 5 часов. На месте врачи осмотрели Галину, убедились, что условия общежития, действительно, не позволяют ей соблюдать карантин даже при строгой самоизоляции и предложили госпитализацию. При этом по дороге в обсерватор медики забрали ещё двух человек с подтверждённым COVID. Первым оказался молодой парень, студент, который тоже живёт в общаге и не может гарантировать полной самоизоляции. Вторая женщина лечилась дома, но ей необходимо было сделать компьютерную томографию (КТ).

«Нас привезли в МСЧ-2. Первые ощущения, что это муравейник, - вспоминает Галя. - Врачи, санитары, медсёстры и другой персонал в костюмах и масках снуют туда-сюда. Сразу становится жутко». 


В то время (да и, пожалуй, сейчас), Медсанчасть № 2, по сути, работала как сортировочный центр. На ее территории было выделено несколько зон. Вновь прибывших с подтверждённой инфекцией сразу помещали в так называемую «красную» зону. Она состояла из несколько накопителей, рассчитанных примерно на 8 человек каждый. Далее, уже на основе предварительных анализов, врачи отправляют людей на КТ или рентген. Томография, которая определяет процент поражения лёгких, была предусмотрена для людей с явными признаками заболевания, в первую очередь, пневмонией. Рентген использовали при отсутствии симптомов. 


Тех, кто мог обойтись домашним лечением, к примеру, с поражением лёгких до 30%, отправляли домой. Причем, о том, чтобы привезти их до места, должна была позаботиться поликлиника.

«Но и тут оказалось не всё идеально, - продолжает девушка. – Например, в нашем случае несколько человек готовы были ехать домой. Но врачи МСЧ-2 сообщили, что машина освободится только ближе к ночи. После четырех часов ожидающие начали уговаривать медиков разрешить им самостоятельно добраться до дома. В итоге те согласились, но настоятельно попросили не пользоваться общественным транспортом. Радостные пациенты тут же заказали такси (которое тоже можно причислить к категории общественного транспорта!) и отправились по адресам. При этом свежих средств индивидуальной защиты они точно не имели, да и никаких перчаток не носили».

Перед госпитализацией, по словам Галины, всем пациентам делали электрокардиограмму (ЭКГ). Процедуру проводили в накопителях, что называется, не отходя от кассы. Если это был мужчина, то девушки выходили в коридор. И наоборот. При этом лавочку, на которую ложился пациент, не протирали и не застилали. 

«Я так понимаю, это не персонал плохой, просто не хватает материалов: поток большой и медики не успевают элементарно протирать лавки». 

Читайте также: "Ещё два госпиталя будут принимать пациентов с коронавирусом"

Примерно еще через пять часов Галину госпитализировали. В коридоре она видела койки, на которых лежали пациенты. Судя по всему, им не хватило места. Девушку кое-как определили в палату в другом крыле. В комнате было 6 коек, но изначально, предположила новая пациентка, она была рассчитана максимум на четверых.

«Поразило отсутствие туалетной бумаги в уборной. Приходилось просить её у соседей. А что делать? В нашей шестёрке я была самая младшая. Остальные - в возрасте 40+, возрастных не было. Но две женщины уже успели побывать в реанимации, где находились под аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Говорить им было не легко. Практически все, кроме меня, по несколько часов в сутки использовали дополнительный кислород. А 52-летняя соседка Мария и вовсе дышала с помощью него постоянно. Были и летальные исходы. В тот момент я молилась за себя и соседок, чтобы с нами такого не произошло!»


Еду, по словам нашей собеседницы, пациентам приносили в отдельных пакетах. В целлофан упаковывали первое, второе, хлеб, и прочее. Контейнеры для пищи (вместо тарелок) были одноразовые. Так же, как пластиковые ложки и вилки. Потом всю посуду собирали в отдельный пакет и уносили выбрасывать.



«Кормили, как и во всех больницах, три раза в сутки, не обделяли, - вспоминает Галина. - На первое – суп гороховый, борщ или щи, на второе – капуста, гречка, картошка, лапша с курицей или мясом. Плюс каши. Для диабетиков, по стандартам всех лечебных учреждений, было предусмотрено отдельное питание». 


Чай разливали тоже в одноразовые стаканчики исключительно из пластиковых полторашек. Видимо, чтобы не пользоваться общей тарой. Из-за времени, потраченного на упаковку, практически всю еду и напитки нам приносили либо слабо-тёплыми, либо холодными. 


«Медики нашу палату, как и другие, можно сказать, не покидали. При этом все были экипированы по полной программе. Это полностью изолированные костюмы, которые медики называют «термосами», под ними хлопчатобумажная одежда для удобства, респираторы и другие элементы защиты. Нам постоянно мерили температуру, пульсоксиметром проверяли уровень кислорода в крови. При этом раз в сутки для проверки температуру обязательно мерили ртутным градусником». 

Для справки. Пульсоксиметр – это небольшой прибор, который накладывается на палец. С помощью света он определяет количество кислорода в крови пациента. Легкие человека вместе с сердечно-сосудистой системой беспрерывно работают для насыщения артериальной крови кислородом. Когда коронавирус поражает органы дыхания, начинает нарушаться газообмен крови и баланс углекислого газа и кислорода в крови, ведь именно эту функцию выполняют легкие. Изменения можно выявить, наблюдая динамику степени насыщения крови кислородом - сатурации.

«Женщина, которая лежала рядом, признавалась, что еле выкарабкалась. Поэтому, как только ее перевели в палату, сразу позвонила родным и попросила никуда не выходить без надобности! Никаких прогулок, тем более гулянок! Магазин, школа – и всё! Они, судя по её реакции, так до конца в серьезность ситуации и не поверили. Зато я тогда отчетливо поняла, насколько эта болезнь страшна в тяжёлой форме особенно при наличии сопутствующих заболеваний». 


На следующий день Галина сдала другие анализы и уже после обеда её, как не тяжёлую, перевели в МСЧ «Строитель». Встречи запрещались, но, к примеру, передать еду или тапочки с халатом, родственникам разрешали. Правда, только через администратора на входе. 

«Сюда попадают бессимптомники, которым некуда деваться. Это, в основном, приезжие студенты. А также люди с лёгкой формой пневмонии и те, кто идёт на поправку и не нуждается в постоянном приёме кислорода. Если симптомы обострились, пациента переводят обратно в МСЧ-2, - продолжает Галина. - Здесь всё по-другому. Во-первых, ЭКГ делали уже в стерильных условиях, с салфетками. Во-вторых, еду развозили по палатам на тележке и раздавали из общего чана, как в обычных больницах, но также в одноразовую посуду. Поэтому, в отличие от упакованной по пакетам, еда была горячей. Но что больше всего порадовало, что нас постоянно спрашивали: «Сколько хлеба вам дать? Три или четыре»? В общем, всем давали столько, сколько просили».


В палате «Строителя» вместе с Галей находились еще пять человек. Мест же там оставалось значительно больше. В коридорах на кушетках никто не лежал. Что касается возраста, то здесь находились пациенты разных лет. Температуру мерили реже, но все препараты выдавали регулярно. 

«Меня удивил один нюанс. Понятно, что пациентов был поток, но лично я, как человек, который заразился не в Томской области, не встретила ни одного «заездного». То есть все поймали вирус именно в городе. При этом, по их рассказам, каждый соблюдал необходимые меры, носил маски и перчатки...».

Смотрите также: "Проверка соблюдения масочного режима полицейскими ослаблена не будет"

Анализы на коронавирус в МСЧ «Строитель» у пациентов брали через 10 дней после случая подтверждения наличия инфекции. При этом медики смотрели на состояние больного. Весь персонал относился к пациентам сдержанно и терпеливо. Это особенно ценно, если учесть, что на каждого врача приходилось порядка 20 человек (информация на начало октября - прим. авт.), за которыми необходимо было постоянно следить. Случаи заболевания коронавирусом среди медперсонала также были. При этом вся нагрузка от ушедшего специалиста, конечно, сразу же ложилась на плечи тех, кто остался в строю. 


На 10-ый день в «Строителе» Галине сделали тест, который оказался отрицательным. Потом анализ взяли повторно. Если бы он оказался «плюсовым», девушка бы задержалась в обсерваторе еще на десять дней. 

«Так странно и одновременно интересно, что под костюмами невозможно было понять, кто перед тобой. Врач или медсестра? При всём конвейере в двух клиниках, где я была, к нам относились по-человечески. Успевали всем уделить внимание». 


В финале разговора героиня нашего материала резюмировала:

«Если у вас хороший иммунитет и вы не боитесь переболеть сами, то не забывайте,что рядом с вами ходят люди у которых может быть ослаблен организм, или есть сопутствующие заболевания, которые в сочетании с вирусом могут стать фатальными для них. Они как и вы хотят жить, они кем-то любимы, кому-то дороги. И не надо относится к ним легкомысленно и читая цифры за сутки думать о них как о «минус один» в статистике.  Уважайте чужое право на жизнь! Носите маски в общественных местах и делайте это правильно, обрабатывайте руки. И если вы сами заболели, не ждите что за вами будет пристально следить Роспотребнадзор, будьте самодисциплинированы и сами соблюдайте все необходимые правила изоляции. Ну и еще… Не уезжайте из поликлиник домой на такси. Дождитесь, когда вас увезет Скорая».

Журналисты: Александр Стучебров, Дарья Пирогова
Фото героини, ТК "Томское время"