Томич написал книгу: мы публикуем ее отрывки

Дмитрий Беркут — писатель, фотожурналист и путешественник. В 2019 году в издательстве Polako Publishing вышла его книга-альбом — «Под солнцем Азии», рассказ от первого лица о документальных фото-проектах, которые Дмитрий снимал для BBC в странах Юго-восточной Азии; а в этом году Дмитрий написал свой дебютный роман «Клошар». Вот отрывки из него*.

Книга также доступна и в печатном варианте

ПРОБУЖДЕНИЕ

День близился к концу. Пройдя от храма Шивы до побережья, к заброшенному причалу Каньякумари, я проделал путь ещё метров в пятьсот, словно по мосту из камней, вглубь моря. На причале не было никакой тропинки, лишь камни, по которым временами приходилось прыгать, чтобы попасть дальше и добраться до конца пирса. Достигнув маяка, я уселся на большой валун и в ожидании заката стал наблюдать за волнами, бьющимися о скалы. Гладь трёх морей озарилась мягким сиянием. И раскалённый огненный шар где-то возле горизонта с лёгким шипением погрузился в тёмно-синие воды. Рожками вверх пришпилился к небу резвый полумесяц. Время сгустилось до состояния звёздного покрывала, с которого, поблёскивая, начали отщёлкиваться мелкие бисеринки и, падая, тонуть в тех же волнах, в которых только что исчез золотой диск.

Дмитрий много путешествует по миру и записывает самые интересные истории

Истинное счастье, думал я, — получать удовольствие от своего пути. Безмятежно стоять перед великим океаном, и не жалеть ни о чём…

В этот самый момент откуда-то с неба послышался тревожно-возбуждённый шёпот:

— Дима, Дима! Просыпайся, у тебя же съёмка с утра!

Я приоткрыл левый глаз. Надо мною нависала женская грудь. С потолка небольшой комнаты с обшарпанными обоями тускло светила одинокая лампочка. Позади виднелось небольшое насквозь обледеневшее окно.

— Где я? — застучала в висках тревожная мысль. — Нет, нет, надо спать дальше. Это не то, я не здесь… Блин, капец… Как такое может быть-то?

Заснуть с такими мыслями что-то не получалось.

— Дима! Тебя же уволят из газеты, а ты только недавно устроился! Дуй быстро в «Вестник»! — снова услышал я звонкий голос.

Я открыл глаза и увидел девушку лет двадцати пяти. Она была красивая, высокая и абсолютно голая. Порядком ошарашенный, я начал боком сползать с кровати.

«О как! Это что-то новенькое. Так сплю я или не сплю?»

Девушка бросила мне штаны.

Её глаза весело искрились. Она запустила свои длинные изящные пальцы в мои волосы и начала их теребить.

— Давай уже вставай, курунишка!

— Ок, уже собираюсь и бегу, — смущённо пробормотал я. — А еда какая-нибудь есть?

— Ну чо ты разокался, шуруй уже. Потом на Фрунзе чебурят поешь.

«Чебурят?! Боже, что это? Ладно, надо уже сваливать отсюда. Потом со всем разберусь, потом…»

— Найду я хоть, куда идти-то? — непроизвольно вырвалось у меня.

— Когда же ты наконец запомнишь дорогу? Трамвай рядом — третий номер до Плеханова. Найдёшь!

Пока я натягивал штаны и свитер, она принесла мне пальто из маленькой прихожей, больше похожей на шкаф.

— Холодно сегодня, минус двадцать восемь. И ещё до тридцати пяти мороз обещают, — девушка уже вовсю заматывала мою шею большим шерстяным шарфом.


Читайте также: "Томичи делают скворечники из микросхем, столовых приборов, касок и обуви"

«О, боооги… Ну да ладно, посмотрим, как пойдёт. Если что — вернусь самолётом. Только куда? И кто она?».

— Ладно, побежал!

— Ну погоди уж, дай поцелую, засранец! — она подошла и, голая, обняла меня, уже одетого в пальто.

Хлопнула дверь подъезда, я шёл в морозной дымке на трамвайную остановку, снег похрустывал под подошвами ботинок. И только одна мысль робкой бабочкой кружила в моей голове: «Я, наверное, поживу тут… Немного».


АРТУР

Простуженным женским голосом динамик из кабины водителя объявил остановку «Улица Плеханова». Я выскочил из железного брюха трамвая в звенящий мороз и двинулся вперёд по ходу трамвайных путей. Это было удивительно, но ноги сами шли в определённом направлении, будто зная, куда именно мне нужно. Выйдя на проспект и свернув направо, я упёрся в парадный вход шикарного отеля.

Чаще всего героями и рассказов, и фотографий становятся простые люди


— Даров, Димон, — из дверей отеля вышел мужчина лет сорока, подошёл ко мне и протянул руку.

— Привееет, — я протянул свою в ответ.

В это мгновение в ушах раздался резкий свист. А потом меня накрыло волной кисло-сладкого дежавю: перед глазами вспыхнул какой-то старый знакомый образ и к горлу подкатила тошнота. Колени подогнулись, я схватился за поручни крыльца.

— Ой-ёй-ёй-ёй! — запричитал мужчина, подскочил ко мне и взял под локоть. — Дима, ты что, с похмела?

— Не, Артур, не знаю, что со мной, — сдавленно прошептал я, отметив про себя, что его имя явилось в мой мозг прямиком из недавнего дежавю.

— Димон, пойдём-ка в «Сиб-бистро»: посидишь, оклемаешься, а потом — в редакцию. Ты там недавно, никто тебе ничего не скажет, если опоздаешь.

— Идём, Артур, нужно поговорить.


На своей странице в соцсетях Дмитрий делится снимками из разных мест планеты


Мы шли вдоль проспекта, забитого трамваями и львовскими автобусами, продираясь сквозь свежий трескучий морозец. Через несколько сот метров нырнули в советского типа чебуречную и сели за столик в углу.


— Ну так что ты вчера делал? — спросил Артур, заказав нам две порции мини-чебуреков и два чая.

Я принялся сбивчиво объяснять:

— Артур, понимаешь, я не помню. То есть, помню, но только то, что… Ты только не смейся. Помню, что я был в Индии, а потом рррраз… И здесь оказался.

— А что тут смешного, Димон? Ну да, ты сюда к нам из Индии свалился. И все вокруг охреневают, как у тебя тут всё быстро завертелось.

— В смысле — из Индии? — кусок чебурека попытался застрять в моём горле, но был тут же смыт в пищевод половиной стакана чуть тёплого чая, — Артур, я, может, головой во сне стукнулся, но у меня всё путается. С памятью что-то. Будь человеком, объясни мне всё подробно. Так, как будто ты это кому-то другому рассказываешь.

— Окей, Дима, — Артур уселся поудобнее. — Насколько я понимаю, ты из Питера. Хотя слухи про тебя разные ходят, но ты мне сам говорил, что из Питера. У тебя там жильё есть, как минимум. Ты вроде как путешествовал по Индии и поехал домой через Сибирь.

— Да, да, конечно, я из Питера! — с готовностью подтвердил я, чтобы не казаться совсем уж безумным. — Про Томск расскажи.

Артур продолжил:

— Ну так вот, Димон. Мы с тобой познакомились на фестивале путешественников, совсем недавно. Там же ты и с Ленкой своей познакомился. Всё у вас сложилось, как я понимаю, и ты решил остаться с ней в Томске.

— Спасибо, Артур, я и правда, наверное, башкой стукнулся. Сейчас вроде припоминаю что-то. Просто куски сна накладываются на реальность, и мне сложно определить, что сон, а что явь. Теперь, кажется, разобрался.

— Дим, скажи честно, ты что-то принимаешь? Препараты какие-нибудь? Психотропы, галлюциногены? Ну, феназепам там, галоперидол? Всё останется между нами.

— Разочарую тебя, Артур, но нет.

— Да я только рад, Дима. Я же за тебя волнуюсь.

— Нет, точно нет, я за реальные ощущения.

— Ну и хорошо. А то я ж тебе с работой подсобил. Ты уж меня не подставляй, — Артур покачал головой.

— А вот эту детальку, ты, Артур, упустил.

— У тебя действительно такие провалы в памяти? Дима, ты бросай алкоголь. Насовсем! От него это всё. Один раз что-то забыл, и пойдёт чередой. Постоянно будешь всё забывать.

— Да понимаю я, Артур.

— Короче, мы когда познакомились, я хотел уйти из «Вестника Томича» в «События и факты». А отпуск-то не отгулян оплачиваемый. И в редакции не отпускают, пока замены себе не найду. Вот мы и договорились, что я ухожу в отпуск, а тебя привожу на замену. Сказали начальству, что ты фотокор из Питера. Я получаю отпускные, а через две недели пишу заявление по собственному. По закону две недели обязан отработать, а это как раз остатки моего оплачиваемого отпуска. Сразу же устраиваюсь в «События и факты», а ты остаёшься на постоянку в «Томиче». И им искать никого не нужно, и у тебя испытательный срок уже пройден. Когда мы с тобой сейчас встретились, я из бухгалтерии как раз шёл. За расчётом приходил.

— Теперь всё вспомнил, — соврал я. А на самом деле впал в ещё большее недоумение.

— Вот и чудненько, — успокоился Артур, — Дим, ты, как чего забыл, напрягай память до тех пор, пока не вспомнишь. А то дашь слабину и всё, пиши — пропало. Ну что, оклемался? Идём?

— Артур, спасибо тебе за всё. Ты иди, а я посижу ещё немного. Кофейку возьму, подумаю. Не бодрит меня что-то чай этот.

— Да, конечно, Димон! Давай, звони, если что!

Артур встал, пожал мне руку и двинулся к выходу.

— Артур, слышь, — крикнул я вдогонку, — а Лена чем занимается? Ленка моя? — я сделал глупую физиономию и пожал плечами.

— Так она же фотографиня, дружище. А кто ещё может жить с фотографом? Каждой твари по паре, — засмеялся Артур и вышел на улицу, выпустив из чебуречной облако тёплого воздуха, которое тут же кристаллизовалось в мелкие хрустинки и рассыпалось по тротуару под ноги одиноким прохожим.


Читайте также:
"Названо имя автора текста Тотального диктанта-2021"

А я подумал: какое мерзкое слово «фотографиня». Да, дела… Получается, это никакой не сон. Допустим, я действительно был в Индии. Но куда делся этот период с газетными манипуляциями, со знакомствами, с Ленкой?! Как такое можно забыть? Если я ещё хоть минуту буду об этом думать, голова взорвётся к чертям от противоречий. Стоп. Стоп. Стоп. Попробую просто пожить так. Просто пожить. А со временем всё вспомню, и ситуация прояснится.


Я вышел из чебуречной и направился к подъезду отеля, возле которого встретил Артура. Поднявшись по ступенькам, вошёл внутрь. На ресепшене, возле входа, висела красно-золотая табличка со стрелкой вверх: «Вестник Томича — 4-й этаж».



ВЕСТНИК

Редакция бурлила, словно варанасийские гхаты, с журналистами — браминами, паломниками — посетителями и любопытствующими всех мастей, которые собрались на дедлайн номера.

— Дима, привет! Твои съёмочки все на завтра перенесли, на первую половину дня. Подойди к менеджерам, потом ко мне зайди, — мимоходом выдала мне высокая статная женщина в роговых очках. И тут же скрылась в кабинете с грозной табличкой «Главный редактор».

Редакция занимала целый этаж, и я побрёл выискивать место, где базировались менеджеры.

— Дима! — окликнула меня симпатичная рыжая девушка, сидящая за столом у окна.

Я подошёл к ней и сразу же вспомнил, что это Света — менеджер по рекламе.

— Дим, надо завтра в Академгородок сгонять, по нескольким НИИ пройтись, отснять «голов». Я тебе списочек тут подготовила, — затараторила Света.

Не исключено, что в рассказах Дмиитрия многие томичи узнают себя или своих близких

Головами назывались портреты газетного формата, и это я тоже откуда-то знал.

Света продолжила:

— После обеда отдыхай, а вечером на концертик — «Чиж и… Ко».

— Вот это бонус! И часто мне надо будет на концертах снимать?

— Часто, Дим. И у тебя на все концерты свободный вход, во все городские клубы. Две фоточки с выступления приноси. И статью, если пишущего напарника не будет. Это мы тебе отдельно оплатим.

— Отлично! Ладно, спасибо, Светик, я к главному!

— К главной, — саркастично поправила Света, — удачи, Дим.


«Главный редактор Галина Ивановна Светлова» — прочитал я на двери. Тихонько постучав, вошёл в кабинет.

Галина Ивановна, та самая женщина в роговых очках, сидела за огромным столом, стоящим в самом центре.

— Так, Дима, — начала она без предисловий, — то, что ты любишь поспать по утрам, это понятно. Все любят. Мы поступим просто: все съёмки будем планировать тебе на вторую половину дня и вечер. В выходные, надеюсь, не откажешься поработать, если понадобится? Мы идём тебе навстречу, ты — нам. Вижу, что мы сработаемся. Наша газета — это одна семья. Секта, если хочешь. Всё, что происходит внутри, — происходит только внутри. Думаю, ты меня понял и тебя всё устраивает. Иди.

— Всё устраивает, Галина Ивановна, спасибо, — улыбнулся я.


Меня действительно всё более чем устраивало. «Не, я всё-таки реально сплю, иначе откуда эта работа мечты?» — думал я, выходя из кабинета главреда.

— И на дедлайне в восемнадцать ноль-ноль быть обязательно каждый день! — раздался у меня за спиной голос Галины Ивановны.

— Да, конечно! — отреагировал я и бодро двинул к выходу из редакции.


*Орфография и пунктуация автора сохранены. 

Текст подготовила Дарья Пирогова
Фото: Дмитрий Беркут